Николай Михайлович Языков рано начал заниматься стихосложением, и первая публикация была в 1819 году, когда поэту исполнилось всего 16 лет.
Стихотворение «Нелюдимо наше море» было написано в 1829 году, этот год знаменовал определенный рубеж в биографии поэта и стало пророческим для всей его жизни.
В мае 1829 года поэт закончил учиться в Дерптском университете и вернулся в Москву. Летом этого года и было написано стихотворение «Пловец», опубликованное в альманахе М.А.Максимовича. Закончилась веселая разгульная студенческая пора: вольнодумства в стихах и свободы в поступках. Начиналась взрослая, ответственная жизнь. Что она готовит? С чем столкнулся молодой человек, вернувшись в Россию.
Многие поэты сравнивали жизнь с житейским море, использовал эту метафору и Н.М.Языков:
«Нелюдимо наше море,
День и ночь шумит оно;»
Главный герой готов сразится с пучиной житейских невзгод, и все для того чтобы достичь желанного берега «блаженной страны», в которой «не проходит тишина». Он призывает своих друзей смело двигаться туда, к высшему назначению человека «лететь на скользких волнах». Такое мироощущение характерно было для поэтов романтиков золотого века поэзии, стремление куда-то к запредельной выси.
«Истинная религия — это чувство и вкус бесконечности» — утверждал Фридрих Шлеймахер.
И русские поэты романтики стремились к этой бесконечности среди них был А.С. Пушкин в ранних произведениях, В.А, Жуковский, К.Н.Батюшков и, конечно, Н.М.Языков. Вера движет «быстрокрылую ладью» главного героя по бескрайнему житейскому морю. Это не случайно, ещё в годы учебы в Дерптском университете Языков был увлечен христианскими идеями.
В Москве Н.М.Языков подружится со славянофилами и в дальнейшем эта тема будет широко представлена в его творчестве, например, в стихотворении «Подражание псалму XIV». Но пока, в 1829 году будущее только отбрасывает свою тень, и поэт поет о прекрасной стране. Все эти мечты о будущей счастливой жизни очень неясны и неопределенны.
Позднее Н.А.Добролюбов, видя печальную закономерность судьбы Языкова Н.М., записал: «Так, впрочем, погиб не один он: участь его разделяют, в большей или меньшей степени, все поэты пушкинского кружка. У всех их были какие-то неясные идеалы, всем им виднелась «там, за далью непогоды» какая-то блаженная страна. Но у них недоставало сил неуклонно стремиться к ней».
И все же стремление к прекрасной бесконечности достойно восхваления и даже подражания в наш меркантильный век.